Теории символа стр.44

Все, казалось бы, предвещало благополучное будущее, и тем не менее праздник не состоялся. Начиная с Квинтилиана и кончая Фонтанье, не было ни одного «счастливого» ритора, и этот период развития риторики, самый продолжительный в ее истории, ибо он длился около 1800 лет, стал, что касается основных линий ее развития, периодом медленного упадка и деградации, застоя и нечистой совести. Риторика обратилась к новому предмету — к поэзии, к языку как таковому, но она сделала это нехотя. Прежде чем мы попытаемся понять причины этой нечистой совести, приведем несколько свидетельств.

Первое свидетельство находим в самом членении сферы риторики. Возьмем, например, Квинтилиана. В основу всех категорий риторики он кладет противопоставление res и verba, мысли (или предмета) и слова; это противопоставление банально, но оно примечательно неравной оценкой двух членов. Рассмотрим подробнее суть дела. Прежде всего приведем эксплицитную формулировку противопоставления: «Всякая речь состоит из того, что обозначено, и из того, что означает, то есть из мыслей и слов» (3, V, 1). На этом определении основан ряд других членений, прежде всего вычленение частей риторики: «В отношении мыслей следует беспокоиться об изобретении, в отношении слов — о произнесении, в отношении тех и других — о расположении» (8, Предисловие, 6). Эти части риторики связаны с функциями дискурса: функции «наставлять» (docere) и «возбуждать страсти» (movere) в сильной степени зависят от изобретения и расположения, но функция «нравиться» (delectare) связана только с произнесением: «"Наставление" предполагает изложение и аргументацию, "возбуждение" — страсти, которые должны преобладать в речи в целом, но особенно в ее начале и конце; "нравиться" же, хотя и связано с мыслями и словами, скорее имеет свою собственную область — произнесение» (8, Предисловие, 7). (Следует отметить, что эти функции дискурса, несмотря на их кажущуюся соотнесенность исключительно с адресатом, напоминают основные функции языка в модели Бюлера и Якобсона: функция «наставлять» направлена на референт, функция «возбуждать страсти» — на получателя сообщения, а функция «нравиться» — на само высказывание. Знаменательно отсутствие экспрессивной функции, направленной на говорящего; положение о том, что речь выражает чувства говорящего, начали высказывать — по крайней мере, регулярно — только в эпоху романтизма). Наконец, с этим же противопоставлением связана и знаменитая теория трех стилей: простой стиль служит для наставления, средний — для того, чтобы нравиться, высокий — чтобы возбуждать страсти (12, X, 58-59).

Данное тройное членение основано на дихотомии слова/мысли и на промежуточном элементе «расположение» или на той же дихотомии, но с прибавлением еще одной: идеи/чувства (эта дихотомия лежит в основе выделения функции «наставлять» и «возбуждать страсти» и всего того, что из этого вытекает). Но Квинтилиан не ограничивается простым соположением дихотомий; имплицитно и эксплицитно он придает большую значимость элементу res; в таком случае элемент verba и все, что с ним связано, становится объектом другого рода анализа, который вновь сосредотачивается на оси res-verba. Произнесение (элокуция), зависящее, как было отмечено выше, от выбора слов, относится к области особенностей стиля. Количество последних варьируется в разных перечнях, приводимых Квинтилианом, но после того как он их систематизировал в восьмой книге, остались два основных стилевых качества: речи должны быть ясными (perspicua) и красивыми, изящными (ornata). Слова ясны, когда они позволяют нам как следует разглядеть сквозь них предметы, и прекрасны, когда мы восхищаемся ими как таковыми; соотношение ясности и красоты параллельно соотношению предметов и слов. От этого противопоставления зависят, в свою очередь, другие, например, противопоставление собственного и переносного смысла (разновидностью последнего является метафора): «Совершенно справедливо указывали, что ясность требует прежде всего слов, взятых в их собственном смысле, а красота — в переносном» (8, III, 15). На этой основе Квинтилиан противопоставляет стили разных эпох и даже языков. Таково, например, содержание дихотомии аттицизм/азианизм:


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: