Теории символа стр.29

Действительно, знак можно рассматривать в двух ракурсах: и как предмет, и как знак (сам Августин придерживается именно такого порядка изложения): «Когда я писал о предметах, я предупредил заранее, чтобы внимание обращалось только на то, чем они являются сами по себе, а не на то, что они обозначают вне себя. Теперь же, рассматривая знаки, я прошу сосредоточиться не на предметах самих по себе, а, наоборот, на предметах как знаках, на том, что они обозначают» (II, 1,1).

Иными словами, противопоставляются не предметы и знаки, а «только предметы» и предметы-знаки. Но есть и такие предметы (они, очевидно, более всего приближаются к чистым знакам, хотя никогда не становятся ими), само существование которых обусловлено их использованием в качестве знаков. Именно возможность отвлечься от вещной природы знаков позволяет Августину дать еще одну классификацию.

Суть этой классификации заключается в разграничении естественных и интенциональных знаков (data)1. Нередко это противопоставление понималось неверно, поскольку отождествлялось с более привычным для античности противопоставлением естественных и условных знаков (И. Энгельс в одной из своих работ достаточно ясно показал, в чем заключается суть дела). Августин пишет следующее:

«Среди знаков одни естественные, другие намеренные. Естественные знаки — это те, которые при отсутствии всякого намерения или желания что-либо обозначить сами по себе позволяют узнать нечто большее помимо них самих» (II, I, 2).

Примеры естественных знаков: дым как знак огня, след животного, лицо человека.

«Намеренные знаки — это те, которые все живые существа подают друг другу, чтобы высказать, насколько это возможно, движения своей души, т. е. все то, что они чувствуют и думают» (И, II, 3).

Интенциональными являются прежде всего знаки, производимые человеком (слова), но сюда же относятся и крики животных, свидетельствующие о наличии пищи или просто о присутствии производителя знаков.

Понятно, каким образом противопоставление естественных и интенци-ональных знаков связано с противопоставлением предметов и знаков. Ин-тенциональные знаки — это предметы, создаваемые с целью их использования в качестве знаков (происхождение) и используемые только с этой целью (употребление); иными словами, это предметы, чья вещная функция доведена до минимума. Следовательно, интенциональные знаки более всего приближаются к чистым знакам (не существующим в действительности). Они производятся не только человеком, и никакой обязательной корреляции между естественным или интенциональным характером знаков и способами их передачи не существует. Отметим, что классификацию этих способов Августин производит с учетом одних интенциональных знаков, но почему он так поступает, сказать трудно. Что касается слов, то они относятся к классу интенциональных знаков; наряду с их звуковой природой этот признак является их второй существенной особенностью.

Но интенциональное не равно конвенциональному, хотя и напоминает его своей противопоставленностью естественному. Лучше понять позицию Августина позволяет приводимый им пример с криками животных, тот же, что и у Аристотеля (Об истолковании, 16а). Если для Аристотеля эти крики «естественны», поскольку не нуждаются ни в каком социальном установлении, то Августин, усматривая в них намерение сообщить что-то, зачисляет их в разряд интенциональных знаков. Таким образом, один и тот же пример иллюстрирует у Аристотеля и Августина совершенно различные классы знаков. Можно предположить, что автором данного различения является сам Августин; основанное на понятии интенции/оно хорошо вписывается в его общую концепцию, которая, как мы убедились, психологична и ориентирована на процесс коммуникации. Оно же позволило ему избежать упрека, адресованного Секстом Эмпириком стоикам, а именно: существование знаков не обязательно предполагает существование некоей логической структуры, их порождающей, ведь некоторые знаки изначально существуют в природе. Можно также заметить, что Августин объединяет два вида знаков, которые были совершенно не связаны друг с другом у предшественников: знак Аристотеля и стоиков становится «естественным знаком», а символ Аристотеля и сочетание означающего с означаемым стоиков становятся «ин-тенциональными знаками» (причем примеры у всех одни и те же). Термин естественный несколько сбивает с толку; для большей ясности следует скорее говорить о противопоставлении знаков изначально существующих в качестве предметов и тех знаков, которые специально создаются в целях означивания.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: