Теории символа стр.206

Пытаясь преодолеть такое парадоксальное ограничение, можно представить себе третью точку зрения, ни классическую, ни романтическую, с которой можно будет судить и тех и других.

Речь не о том, чтобы наметить программу работы, когда она уже завершена; теперь слишком поздно это делать, скорее, нужно обратить на самого себя тот испытующий взгляд, который мы направляли на других, и спросить себя, что же мы хотели сказать своим исследованием, имея в виду не эксплицитное содержание составляющих его положений, а само его наличие и те формы, которые оно было вынуждено принять. Является ли наше исследование классическим или романтическим? Написал ли я систематический или исторический труд, а может быть, что-нибудь иное?

Если я верю, что третья точка зрения возможна, что она находится в процессе формирования, и если я даже беру на себя смелость предположить, что она проявилась в моем исследовании (впрочем, в этом нет моей личной заслуги, поскольку смысл формируется не в тексте, а самим текстом, примерно так, как это происходит в «Монологе» Новалиса, — но насколько мой способ изложения пространнее и тяжеловеснее!), словом, если я верю в существование третьей позиции, то причина этого заключается в появившейся ныне возможности описать романтическую идеологию — именно описать, а не просто повторить ее положения, словно непререкаемую истину. Доктрина романтизма в некоторых областях и в определенных условиях до сих пор сохраняет свое революционизирующее воздействие; те, кто исповедуют ее, способны прийти к выводу, что это отнюдь не одна доктрина в ряду других, а воцарение истины. Сожаления по этому поводу были бы неуместны. Но пока мы исповедуем какое-либо учение, мы не в состоянии охватить его целиком и представить себе как таковое, и наоборот, если мы в состоянии это сделать, значит мы уже вышли за его рамки. Когда я начал писать эту книгу, я был «романтиком»; завершив ее, я не мог оставаться им более и заметил, что стал другим.

Настоящее, бесспорно, не является ни простым повторением, ни полным отрицанием прошлого. Если поверить тому, как романтики описывали самих себя и классиков, то можно вообразить нечто вроде зеркального отражения, полную симметрию, только знак «минус» регулярно заменяется на знак «плюс». Но этот образ ложен. Постулаты романтизма не являются инверсией постулатов классицизма, романтики не выдвигали положений, полностью противоположных положениям классиков. Произошла полная перестройка, а не симметричная замена каждого термина на противоположный. Конкретные положения классиков не обязательно отрицаются, скорее, они наделяются иной функцией (об этом свидетельствует принцип подражания). Изменения касаются (прежде всего) отношений, иерархических связей, а отдельные элементы всегда можно обнаружить у предшественников.

Так же обстоит дело и с нами, когда мы сегодня занимаем ту или иную позицию по отношению к романтикам (как, впрочем, и к классикам). Наша позиция не обязательно отличается от концепций прошлого, если рассматривать отдельные их элементы. Однако организация целого иная, изменились оценки, и, выражаясь на манер Дюбо, служанки нередко превращаются в хозяек.

Классическая риторика (от Квинтилиана до Фонтанье) видела в языке одну-единственную норму, все остальное было отклонением или в означающем или в означаемом, отклонением желательным, но в любой момент оно могло подвергнуться осуждению. Эстетика романтизма впадает в другую крайность, утверждая, что каждое произведение является своей собственной нормой, что в каждом сообщении создается свой собственный код. Сегодня я верю во множественность норм и дискурсов; нельзя сказать, что дискурс только один, но и число дискурсов не бесконечно, их просто много. Каждое общество, каждая культура располагает совокупностью дискурсов, и можно построить их типологию. Неуместно порицать один дискурс и превозносить другой (как говорил Ришар, это все равно, что считать стакан воды отклонением), однако тем самым мы не хотим сказать, что каждый дискурс индивидуален и не похож на все остальные. Между одним дискурсом и многими лежат типы дискурсов.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: