Теории символа стр.198

Второй способ — распространение анализа незначимых элементов (звуков, просодии, грамматических форм) на семантику, на «тематическую структуру», но и в этом случае не «реальность» как таковая становится объектом анализа, а способ ее представления в тексте. Непревзойденным образцом этого типа исследований остаются «Заметки о прозе поэта Пастернака»; в них Якобсон проявляет чудеса изобретательности, объединяя в одной и той же «фигуре» не только риторические средства и семантические и нарративные конфигурации («Взяв за исходное общие структурные особенности поэтики, мы попытались вывести тематику Пастернака и Маяковского», QP, с. 141)1, но также и поэтическую (в противоположность исторической) биографию писателя: «Исходя из такой семантической структуры лирики Маяковского, мы сможем понять и ее истинный сценарий и центральное ядро биографии этого поэта» (QP, с. 133)2.

Однако различие между Новалисом (и Сартром) и Якобсоном заключается не только в том, что первые определяют поэзию как чистый автотелизм языка, а второй обращает внимание на взаимодействие двух ее составляющих — подражание и игру. Различие между ними гораздо существеннее: поэтический или пророческий дискурс Новалиса и памфлетарный дискурс Сартра качественно отличаются от научного дискурса Якобсона. Конечно, между формулировками Новалиса, Сартра и Якобсона обнаруживается большое сходство, если их вырвать из соответствующего контекста, но различия между ними, не менее существенные, становятся очевидными, как только мы обращаем внимание на их использование. Сходен смысл формулировок, но не их функции. Для Якобсона самое важное не в том, чтобы высказать свои сокровенные мысли или сразить противника, а в том, чтобы создать прочные основы для описания и познания конкретных фактов литературы.

Уже в своей первой литературоведческой работе Якобсон пишет:

«... Предметом науки о литературе является не литература, а литера-турность... Если наука о литературе хочет стать наукой, она принуждается признать "прием" своим единственным "героем"» (QP, с. 15)3.

А через пятьдесят лет в «Постскриптуме» к своей книге «Вопросы поэтики» он написал:

«Предмет занятий лингвиста, анализирующего стихотворный текст, — "литературность", или, иначе говоря, превращение речи в поэтическое произведение и система приемов, благодаря которым это превращение совершается» (QP, с. 486)1.

Предметом науки никогда не являлся и не является реальный объект как таковой; поэтому для литературоведения произведения литературы сами по себе не составляют предмет анализа (точно так же, как «тела» не являются предметом физики, химии или геометрии). Этот предмет может быть только построен, он состоит из абстрактных категорий, которые можно выделить в реальном объекте с той или иной точки зрения, а также из законов их взаимодействия. Научный дискурс должен отражать наблюдаемые факты, но его целью не является описание фактов как таковых. Наука о литературе, которую Якобсон позже стал называть поэтикой, имеет своим предметом не произведения литературы, а литературные «приемы».

Такой выбор предмета исследования, имеющий основополагающее значение, придает дискурсу Якобсона научный характер. Здесь следует развеять два часто возникающих недоразумения, связанных друг с другом. Источником первого являются «технари», которые полагают, что наука начинается там, где присутствуют математические символы, количественный анализ и строгость стиля. Они не понимают, что в лучшем случае это инструменты научного исследования, что научный дискурс вовсе в них не нуждается, ведь суть его заключается в занятии определенной позиции по отношению к фактам. Источником второго недоразумения являются «эстеты»; они начинают вопить о святотатстве, как только речь заходит об абстракциях, которые могут заслонить собой столь ценимое своеобразие произведения искусства. Они забывают о том, что индивидуальное неиз-рекаемо; как только мы начинаем говорить, мы вступаем в область абстракций. У нас нет выбора — использовать или не использовать абстрактные категории, мы обязательно ими пользуемся, но можем делать это сознательно или неосознанно.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: