Теории символа стр.140

Четвертое отличие: аллегория «полна остроумия», символ же лишь косвенно связан с «зеркалом разума». Тем самым подчеркивается рациональный характер аллегории, противопоставляемый интуитивной природе символа.

Наконец, дважды Гёте подчеркивает лаконичность, плотность символа. По-видимому, он имеет в виду сжатость символа, которой противостоит пространность аллегорического дискурса; изображен только огонь и больше ничего, и лишь символическое толкование добавляет к нему новые значимости. Аллегория представляется менее лаконичной в том смысле, что в ней содержится как бы указание на обязательность толкования; для нее характерна почти такая же пространность, как и для эксплицитного дискурса.

Добавим, что в этом, как и в других приведенных отрывках, в частности, в первом, чувствуется явное предпочтение, отдаваемое Гёте символу.

* * *

*Имеется большое различие в зависимости от того, стремится ли поэт к частному, имея в виду общее, или же видит общее в частном. При первом способе действий рождается аллегория, в которой частное служит всего лишь примером общего, второй способ составляет саму суть поэзии; в ней говорится о частном, но не ставится цель исходить из общего и указывать на него. Однако тот, кому удается живо постичь это частное, одновременно получает представление об общем, не замечая этого или замечая лишь позже* (1822; JA, 38, с. 261).

Это наиболее известная формулировка противопоставления символа и аллегории. Она следует за сравнением, которое Гёте проводит между собой и Шиллером; различие между двумя понятиями есть в то же время различие между двумя поэтами, при этом Гёте, очевидно, отводит себе роль символического поэта. Один из противопоставленных терминов оценивается более высоко не только потому, что Гёте считает себя символическим поэтом, но и потому, что поэзия, любая поэзия является или должна быть в своей основе символической. Отметим, что впервые данное противопоставление применяется к поэзии, а не к живописи.

В данном отрывке Гёте сильнее подчеркивает значимость перехода от частного к общему, уточняя в то же время его характер. Будучи обязательным для символа, этот переход присутствует и в аллегории, следовательно, символ и аллегория различаются между собой не логикой отношения между символизирующим и символизируемым, а способом представления общего в частном.

Внимание Гёте сосредоточено на процессе производства и восприятия символов и аллегорий. В законченном произведении мы всегда имеем дело с частным, и это частное всегда способно вызывать представление об общем. Однако процесс творчества различается в зависимости оттого, отталкивается ли автор от частного, обнаруживая затем в нем общее (тогда это символ), или же он начинает с общего и подыскивает ему воплощение в частном. Это различие в направлении процесса творчества оказывает влияние на само произведение, ведь процесс его создания нельзя отделить от конечного продукта. Следовательно, наиболее важное различие между аллегорией и символом заключается в следующем: в аллегории значение обязательно (оно «прямое», как говорилось в первом отрывке), поэтому присутствующий в произведении образ транзитивный; в символе сам по себе образ не указывает на наличие иного смысла, лишь «позже», в подсознании, мы даем его новое толкование. Тем самым мы совершаем переход от процесса создания произведения — через само произведение — к процессу его восприятия; в конечном счете решающее различие, по-видимому, коренится именно в этом — в способе интерпретации или, как говорит Гёте, в способе перехода от частного к общему.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: