Теории символа стр.12

Другой повод для размышлений о природе знака дает нам философия стоиков. Как известно, ознакомление с их идеями крайне осложнено, поскольку мы располагаем лишь фрагментами текстов — да и то извлеченными из произведений авторов, в большинстве своем враждебно настроенных по отношению к стоикам. По этой причине мы ограничимся рядом кратких замечаний. Наиболее значительный фрагмент содержится в трактате Секста Эмпирика «Против ученых», VIII, 11-12:

«Стоики утверждают, что есть три взаимосвязанные вещи: означаемое, означающее и предмет. Из них означающее — это звук, например, "Дион", означаемое — это сама вещь, открывающаяся в слове и воспринимаемая как существующая в зависимости от нашей мысли, однако варвары не понимают ее, хотя и способны слышать произносимое слово; предмет же есть нечто, существующее вне нас, например, сам Дион. Две из этих вещей телесны — звук и предмет, а одна вещь бестелесна, а именно, означаемая сущность, то, что может быть высказано (лектон) и является истинным или ложным»1.

Отметим наиболее важные моменты в приведенном отрывке.

1.    Здесь появляются термины означающее и означаемое (причем в ином, чем у Ф. де Соссюра смысле), зато отсутствует термин знак, что, как мы покажем ниже, не случайно. В качестве примера приводится слово, точнее, — имя собственное; никаких указаний на существование других видов символов нет.

2.    Как и у Аристотеля, здесь постулируется одновременное существование трех категорий; примечательно, что и у Аристотеля, и у стоиков предмет, будучи внешним по отношению к языку, остается, тем не менее, необходимой частью определения. Истолкования первого и третьего элементов, т. е. звука и предмета, в обоих описаниях практически совпадают.

3.    Если и есть различие, то оно касается термина лектон (высказываемое или означаемое). В современной литературе суждений о природе этой сущности более, чем достаточно — однако отсутствие определенных выводов заставляет нас сохранить в переводе греческий термин.

Прежде всего следует отметить, что «бестелесный» статус лектона — явление необычное для последовательно материалистической философии стоиков. Следовательно, его нельзя толковать как впечатление души, даже если оно условно; такие впечатления (или «душевные состояния») у стоиков всегда телесны; напротив, «предметы» не обязательно принадлежат миру, воспринимаемому чувствами — они могут быть как физическимй, так и психическими. Лектон пребывает не в душе говорящих, а в самом языке. Показательно упоминание о варварах: они слышат звуки и видят произносящего их человека, но им не известен лектон, т. е. тот факт, что эти звуки вызывают представление о данном предмете. Лектон — это способность первого элемента (звука) называть третий (предмет). В этом свете чрезвычайно показателен выбор в качестве примера имени собственного — в отличие от других слов, оно не имеет смысла, но, подобно им, способно называть. Лектон зависит от мысли, но не совпадает с ней; он не концепт и уж, конечно, не платоническая идея (высказывалось и такое мнение). Лектон — это скорее то, на что опирается мысль. Поэтому и внутренние связи между тремя элементами не те же, что у Аристотеля; стоики уже не выделяют двух радикально отличных отношений (отношение означивания и отношение отображения): лектон — это нечто, позволяющее звукам соотноситься с предметами.

4. Слова Секста Эмпирика о возможности лектона быть истинным или ложным побуждают нас усматривать в нем свойства высказывания, однако приведенный пример — отдельное слово — направляет мысль в иное русло. В данном случае другие фрагменты, приводимые Секстом и Диогеном Лаэртским, позволяют нам несколько прояснить суть дела.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: