Теории символа стр.103

Но парадокс, как мы убедились, происходит от того, что Лессинг меняет смысл слов, переходя от одного утверждения к другому.

Трудно определить место идей Лессинга в процессе перехода от классицизма к романтизму. В той мере, в какой он стремится упрочить позиции принципа подражания, его высказывания, как и высказывания Баттё, Дидро и других, стоят в одном ряду с последними проявлениями духа классицизма. Однако в той мере в какой он модифицирует проблематику подражания, рассматривая соотношение не между знаками (или образами) и миром, а между означающим и означаемым, то есть рассматривая соотношение между частями знака, иными словами, в той мере в какой он сводит подражание и мотивации, его можно считать провозвестником романтической доктрины поэтического языка. Более того, Дидро можно считать основателем этого учения, ибо различие между классицизмом и романтизмом в данном пункте заключается именно в переходе от понятия подражания к понятию мотивации. Однако как же примирить положение Лессинга и его последователей — от А. В. Шлегеля до Р. Якобсона —■ о произвольности языковых знаков с утверждением о том, что в поэзии употребляются мотивированные знаки? Даже если одну и ту же мысль повторить сто раз, она от этого вернее не станет...

Как бы там ни было, Лессинг первым ввел теорию искусства в русло общих идей о природе знака; он также первый эксплицитно сформулировал положение о том, что каждый вид искусства вырастает из языка. Возможно, именно последовательностью своих рассуждений он нанес принципу подражания тяжелейший удар как раз в тот момент, когда попытался спасти его; способом от противного он доказал, что господство принципа подражания в области эстетики подходит к концу. Мир стоял на пороге романтизма.

Романтический кризис

Рождение романтизма. Претендент на отправную точку исследования. Конец подражания. Теория Морица. Романтизм. Совместное философствование (симфилософия). Процесс творчества. Нетранзитив-ность. Когерентность. Синтетизм. Несказуемое. Атенеум 116. Символ и аллегория. Гёте. Шеллинг. Другие авторы. Крейцер и Зольгер.

РОЖДЕНИЕ РОМАНТИЗМА

Свой рассказ о зарождении западной семиотики я начал с того, что выбрал некую точку схождения — семиотику Бл. Августина, чье учение я представил как результат целого ряда разнородных влияний. В общем можно сказать, что предметом моего исследования явилось учение Бл. Августина и его предшественников. Чтобы исследовать зарождение эстетики романтизма (правда, я сомневаюсь, нужно ли проводить параллель между столь различными течениями мысли), я считаю необходимым избрать строго симметричный, но обратный способ изложения: за основу я возьму труды одного только автора, в которых, на мой взгляд, содержится в зародыше вся эстетическая доктрина романтизма, а затем прослежу прямое или косвенное влияние, оказанное им на современников и на последующее поколение. Я хочу представить эстетику романтизма, точнее, ту ее часть, которая интересует меня в контексте настоящего исследования, как некую экспансию трудов избранного мною автора; весьма вероятно, что наши собственные воззрения представляют собой последнее проявление этой экспансии. Таким образом, тему моего настоящего исследования можно сформулировать так: (некий) автор и его последователи. Один автор подвел итоги античной мысли и завершил собой период античного классицизма, другой явился провозвестником современных взглядов.

Претендент на отправную точку исследования

Кто же этот избранный мною счастливчик? Ведь выбирать приходится из многих имен, и все же я отдаю предпочтение Карлу Филиппу Морицу, а не Гердеру, Руссо, Вико или Шефтсбери (если ограничиться упоминанием наиболее серьезных кандидатур); однако я осознаю определенную произвольность своего выбора, который, в конечном счете, основан на оценочном суждении, отличающемся значительной субъективностью. По моему мнению, Мориц впервые представил в своих трудах ту совокупность идей (он их, разумеется, не сам выдумал), которая в дальнейшем определила облик эстетики романтизма. Именно в этом заключается его роль, впрочем, весьма ограниченная (и на этом кончается всякое сходство с Бл. Августином), поэтому его труды я посчитал удобным взять за отправную точку своего исследования.


⇐ назад к прежней странице | | перейти на следующую страницу ⇒
Литература: